Ольга Качанова
СОВЕТСКИЙ БЕРАНЖЕ
ОЛЬГА КАЧАНОВА
ПЕСЕННОЕ ДЕЛО №5

Итак, 1966 год, Москва, песня «Нежность» звучит в эфире, на винилах, в кино. Будто бы нет иных проблем в стране советов, как ждать возвращения летчиков с задания… Короткая оттепель сменяется заморозками, а потом и опасным гололедом. Люди становятся осторожными, но все равно - падают, набивают шишки. А кто-то разгоняется и летит в кювет.
В этом году у Александр Галича, по его словам - «Поперло. Так поперло». Он сочиняет песни, после которых возврат к прежней, номенклатурной жизни невозможен. Галич признается друзьям: «Песни стоят в горле. Мне надоело бояться».
Биографию Галича пересказывать нет смыла. Опишу вкратце только его поездки в Алма-Ату. В октябре 1966 года Руфь Тамарина, заведующая литературной частью Лермонтовского театра, залитовывает пьесу «Моя большая родина». Это означает, что спектакль можно ставить. К режиссеру театра Абраму Мадиевскому пьеса попала через знакомую театральную машинистку. В Алма-Ате еще не знают – вот благо провинции! – что это та самая «Матросская тишина», которую не позволили поставить в Москве. Мадиевский приглашает Галича на репетиции, и тот прилетает… с гитарой.
Первый алма-атинский концерт проходит в доме Руфи Тамариной. Запись этого "домашника" быстро расходится по городу. Меня не удивляет то, что именно Руфь Мееровна стала инициатором песенного общения Галича и местной интеллигенции. Дочь «врага народа», фронтовая медсестра, узница сталинских лагерей. Она не могла сдержать слез, когда Галич пел песню про генеральскую дочь. Незабвенная Руфь… Она поддерживала молодых поэтов словами и делами. Надоумила меня выпустить книгу, дала рекомендации в союз писателей. Мы с Вадимом часто бывали в 90-годы у нее дома, благо, жили на одной улице. От нее мы узнали подробности первого приезда Галича в Алма-Ату. Во время концерта у нее дома Руфь сказала Галичу: «Когда ваши песни начнут петь, а я убеждена, что это будет, о вас скажут – он был советским Беранже." Галич невесело усмехнулся и спросил: «Вы так думаете, Руфь?».
Александр Галич приезжал в наш город еще два раза. Репетиции, роман с актрисой Луневой, которой он написал посвящение, домашники, общение… Известно, что в 67-м в Алма-Ате он пережил инфаркт. Далеко не первый. Связано ли это с запретом спектакля? На это смогут ответить лишь дотошные галичеведы. В книге М. Аронова «Александр Галич. Полная биография» этот период описывается со слов нескольких очевидцев. Аронов пишет, что причина отказа от постановки – «национальный вопрос». Чиновник из министерства культуры дал команду изъять пьесу из репертуара. По словам автора книги, это был «начальник казахстанских театров Попов». В перестроечные годы мы встречались с Исааком Ивановичем Поповым. Один раз, да и то на просьбу он ответил отказом. Я приперлась к нему на прием, еще не зная, что… О, Господи… Зять Попова, муж его дочери, Игорь, был когда-то и моим мужем. На Наталье Поповой Игорь женился через несколько лет после нашего (О.К.) с ним развода. В допесенный период. Игорь умер, когда ему не исполнилось и сорока. От сердечного приступа, пережив до этого несколько инфарктов. И дочь Исаака Ивановича Попова осталась вдовой… Этот факт не требует расшифровки. Но еще раз напоминает, как всё связано, какие нити тянутся от одной судьбы к другой.
P.S. В поисках иллюстрации для этой истории, пришлось посмотреть много видео сюжетов с Александром Галичем. И больше всего подошла песня «Любовь к свободе». «…Не надо боятся, люди!» - звучит как напутствие потомкам, предостережение.
И еще один очевидный мостик между эпохами - в песне о фестивале в Сопоте в августе 1969 года.

Над черной пажитью разрухи,
Над миром, проклятым людьми,
Поют девчонки о разлуке,
Поют мальчишки о любви!

Видел бы Александр Аркадьевич, какие странные существа будут выступать на европейском песенном конкурсе через пятьдесят лет. Какие бородатые девочки и мальчики с ярким макияжем… Ужаснулся бы, наверное.
Made on
Tilda